БИБЛЕЙСКАЯ ИСТОРИЯ ВЕТХОГО ЗАВЕТА. проф. Лопухин А.П. ПЕРИОД ПЯТЫЙ (От завоевания земли обетованной до учреждения царской власти.) XXX. Самуил — пророк и судия0. Школы пророков. Просвещение. Летосчисление.

После ужасного события — пленения ковчега завета прошло еще не менее двадцати лет, в течение которых

продолжалось господство филистимлян. Но урок этих пе­чальных лет не остался потерянным для Самуила, кото­рый, хотя после смерти Илия и не сразу призван был на должность народного судии, но уже пользовался обшир­ною известностью и большим влиянием в народе. Своим проницательным умом он открыл самый источник бедст­вий своего народа и порешил совершить религиозно-об­щественное преобразование. Он всецело посвятил себя де­лу поднятия религиозного духа в народе, и, будучи обще­признанным пророком и учителем, в своей длинной, присвоенной этому служению мантии то и дело странст­вовал по уделам колен и повсюду пробуждал ревность к вере отцов. Пламенною речью он увещевал народ отверг­нуть всех иноземных богов, всех этих Ваалов и Астарт, ко­торые увлекали непостоянный народ грязными прелестя­ми идолослужения им, навлекая, вместе с тем, всевозмож­ные бедствия. И народ под давлением пережитых тяжких испытаний не оставался глух к его проповеди. Началось религиозно-нравственное возрождение. Статуи Ваалов и Астарт были повсюду низвергнуты и поломаны, и водво­рилось поклонение одному Иегове. Чтобы закрепить это доброе настроение внешним актом, Самуил созвал народ от всех колен на торжественное собрание в Массифе, гор­ном городе в колене Вениаминовом, где и должно было совершиться публичное покаяние народа и возобновление завета с Богом. Давно уже не было у израильского народа таких торжественных собраний. Весь народ постился, ка­ясь в своих прежних грехах, и затем как бы вновь воспринял забытую им веру отцов. Самуил горячо молился за ка­ющийся народ, и собрание закончилось торжественным жертвоприношением.

Слухи об этом необычайном собрании, между тем, дошли до филистимлян, и они, предполагая, что израиль­тяне намерены восстать против своих угнетателей, двину­лись на них с сильным войском; но Господь теперь уже был со Своим избранным народом, и сильным громом на­вел на филистимлян такой ужас, что они бежали, и изра­ильтяне преследовали их, окончательно низвергнув их дол­голетнее и тяжелое иго и возвратив города, отвоеванные было у них филистимлянами. В воспоминание об этом Са­муил воздвиг памятник, назвав его «камнем помощи».

С этого времени Самуил сделался вполне народным судией, и под его управлением страна наслаждалась ми­ром и благоденствием. Он жил в своем родном городе Ра­ме, который и сделался центром государственной жизни народа, и отсюда он ежегодно обходил Вефиль,  Галгал, Массифу и другие города, повсюду отправляя должность народного судии. Со времени Моисея ни один правитель не пользовался таким огромным влиянием на народ, как именно Самуил. Будучи одновременно левитом, назореем, пророком и судией, он сосредоточивал в своей личности и духовную, и гражданскую власть в народе, и как пламен­ный ревнитель веры отцов, он решил употребить это влияние на благо народа, и не только в настоящем, но и в бу­дущем. С этою целью он, сам, будучи пророком и учите­лем веры, пришел к мысли основать учреждение, которое могло бы навсегда служить источником учительности и просвещения и из которого могли бы выходить просве­щенные ревнители веры. Такое учреждение и явилось в виде пророческих школ или «сонмов пророков».

Пророки, как особые провозвестники воли Божией, являлись и раньше Самуила, но они еще не носили высо­кого звания «пророков», а назывались просто «прозорлив­цами», «человеками Божиими». Только Самуил стал назы­ваться в собственном смысле пророком (наби), а после него и все следовавшие за ним. Уже и раньше во време­на судей, когда религиозно-нравственное падение народа достигло наибольших размеров, по местам являлись люди Божии, чтобы пробуждать совесть в народе, возбуждать в нем дух и укорять за нечестие. Но ко времени Самуила таких ревнителей появилось уже много, и из них-то Са­муил и основал правильные «сонмы пророков», составив­шие нечто вроде религиозных братств или школ. Хотя в св. Писании очень мало сообщается о внешней и внутрен­ней жизни этих братств, но все-таки можно составить не­которое представление о них. Принадлежавшие к ним на­зывались «сынами» или «учениками», и глава их называл­ся «отцем». Большинство их были молодые люди — признак того, что молодое поколение, как наиболее чут­кое к добрым нравственным влияниям, скорее всего, ото­звалось на призыв Самуила. Они жили общинами, пользо­вались общинным содержанием, ели вместе, носили осо­бую отличавшую их мантию с кожаным поясом, ходили целыми сонмами или толпами и были так многочисленны,по крайней мере в позднейшее время, что есть упомина­ния случаев, когда пророки собирались по сто и больше человек (3 Цар. 18:4; 22:6). Главные школы находились в родном городе Самуила — Раме, затем в Вефиле и Галгале; но меньшие школы находились и в других городах. От­дельные общины находились под надзором и попечением старших и наиболее известных пророков, которым «сы­ны» или «ученики» оказывали должное послушание и ува­жение, причем, некоторые из членов общины даже при­служивали им, когда старшим пророкам-учителям прихо­дилось бывать на стороне. Старшие пророки или учители, в свою очередь, заботились о благосостоянии своих «сы­нов», и известны случаи, как напр. пророк Елисей однаж­ды во время голода кормил не менее ста учеников и по смерти одного из них дал возможность его вдове заплатить оставленные им долги (4 Цар. 4). Источниками содержа­ния братств служили, по крайней мере, в некоторых слу­чаях, обычные труды по земледелию и скотоводству, а так­же и вообще ремесленные занятия, к каким кто был при­учен и способен; но, вместе с тем, они принимали и те приношения, которые давались им посторонними, искав­шими у них назидания, утешения и просвещения. Прием в братство, по-видимому, был свободный: принимался вся­кий, кто по своей жизни более или менее был способен для того дела, которое составляло задачу этих братств. — Главною целию их основания было содействовать начав­шемуся движению к восстановлению истинной веры и возрождению   религиозно-нравственной   жизни   народа.

Сообразно с этою целию, главным предметом изучения в пророческих школах был Закон Божий, и не только в его букве, но и духе. Вместе с тем в них изучалась религиоз­ная обрядность и священная музыка. Последняя была од­ною из отличительных особенностей сонмов, пророчество которых сопровождалось «псалтирью и тимпаном, свире­лью и гуслями», что особенно способно было привлекать народ. Общинная жизнь под благотворным религиозно-нравственным влиянием старших пророков способна бы­ла закалять характеры «сынов» пророческих, и из них вы­ходили те доблестные мужи, которые бесстрашно говори­ли горькую правду сильным мира сего.  Одушевленные самоотверженною ревностью об истинном благе народа, они были бесстрашными поборниками истинной религии и выступали решительными защитниками ее при всякой угрожавшей ей опасности. Деятельность их развивалась и крепла по мере хода исторической жизни народа, и с те­чением времени они сделались грозными мстителями за всякое попрание религии, истины и справедливости. Сво­ею неустанною проповедью они с этого времени не пере­ставали будить совесть народа и его правителей и тем под­держивали в нем дух истинной религии и доброй нравст­венности.

Мудрое правление Самуила продолжалось до его пре­клонных лет, когда он, чувствуя на себе тяжелое бремя лет, на помощь себе по управлению народом призвал сво­их сыновей Иоиля и Авию, которые и сделались помощ­никами судии-отца по разбору обычных судебных дел31.Но какою скорбию был поражен великий старец-судия, когда до него скоро дошли слухи, что его сыновья «укло­нились в корысть, брали подарки и судили превратно». Ввиду строгого характера Самуила очевидно, что такое по­ведение сыновей не было результатом его отеческой сла­бости к детям, как это было у первосвященника Илия. Напротив, это была жертва его самоотверженной общест­венной деятельности, всецело поглощавшей его силы и внимание и лишавшей его возможности должным обра­зом заняться воспитанием своих детей. И это обстоятель­ство послужило прямым поводом к важному перевороту в истории израильского народа. Время судей было временем безначалия и сопряженных с ним бедствий, так как вслед­ствие отсутствия твердой власти народ потерял политиче­скую силу и постоянно терпел поражения от соседних на­родов, имевших во главе себя сильную царскую власть. Ви­дя  теперь,   что  даже  сыновья  такого   благочестивого  и мудрого правителя и судии как Самуил неспособны к уп­равлению народом, израильтяне собрались на совещание, и старейшины порешили просить Самуила, чтобы он по­ставил над ними царя, который бы «судил их, как и у про­чих народов». Это желание народа не было противозакон­ным, а предусмотрено было в законодательстве. Мудрый законодатель народа Моисей, предвидя своим пророчес­ким взглядом будущую судьбу исторической жизни своего народа, заранее дал закон, определявший круг царской власти. «Когда ты приидешь в землю, говорил он, которую Господь Бог твой даст тебе, и овладеешь ею и поселишься на ней, и скажешь: поставлю я над собою царя, подобно прочим народам, которые вокруг меня; то поставь над со­бою царя, которого изберет Господь Бог твой» (Второз. 22:14 и 15). Но престарелый судья неблагосклонно отнес­ся к этой просьбе, и не только ради своих недостойных сыновей, но, главным образом, потому, что желание наро­да было выражено без предварительного испрошения во­ли Божией. По внушению Божию Самуил изложил пред народом опасности крайнего деспотизма, гнета и своево­лия царей. Но народ, утомленный безначалием, готов был вынести все эти опасности, только бы иметь твердую власть, и отвечал Самуилу: «нет, пусть царь будет над на­ми: и мы будем как прочие народы: будет судить нас царь наш, и ходить пред нами, и вести войны наши». Тогда Господь повелел Самуилу удовлетворить желание народа и поставить над ним царя.

Желание иметь царя вызвано было в народе израиль­ском окончательным сознанием своей неспособности к са­моуправлению по тем возвышенным началам богоправления, которые изложены были в законодательстве Моисее­вом. За время судей пришла в расстройство вся жизнь народа, как религиозно-нравственная, так и государствен­но-общественная и семейная. Богослужение, хотя продол­жало совершаться главным образом при скинии, но жерт­вы приносились и в других местах, что легко вело к раз­витию суеверия и прямо к уклонению в идолопоклонство. При отсутствии твердой власти для наблюдения за испол­нением законов, нравственность, к великому прискорбию отдельных благочестивых людей, все более падала. Господ­ствовавшие повсюду своеволие и хищничество все более ослабляли силы народа, чем пользовались хананеи, безна­казанно расхищавшие царство Иеговы. Такое состояние было тем более тяжелым, что за это время просвещение израильтян значительно подвинулось вперед. В лице про­роков явились достойные учители, которые, поучая народ закону Божию, пробуждали в его сознании его высшее на­значение, и показывая, как далеко не соответствовала ему действительность, возжигали в нем патриотизм и застав­ляли искать исхода из бедственного положения, каковой исход и представлялся ему единственно в учреждении твердой царской власти.

Памятником письменности этого времени служат две книги: «Иисуса Навина» и книга «Судей Израилевых». В двадцати четырех главах первой описана история завоева­ния и разделения земли обетованной. Она написана са­мим Иисусом Навином (кроме 29—36 стихов последней главы) и составила исторический документ, в котором точно обозначены границы уделов каждого колена и на который, поэтому, можно было ссылаться при тяжбах по землевладению. «Книга Судей» состоит из двадцать одной главы и в ней исчисляются события, последовавшие после смерти И. Навина, и обнимает весь период управления су­дей до рождения Самуила, который и был ее автором. В И. Нав. 10:13 ст. упоминается еще особая «книга правед­ного», которая, по всей вероятности, представляла сбор­ник религиозно-нравственных и патриотических песней израильского народа; но она не сохранилась до нас. Образ­цом этих песней может служить знаменитая победная песнь Деворы (Суд. 5:2—31).

В отношении летосчисления пятый период крайне смутен, особенно по причине безначалия времени судей. Но есть основание думать, что он продолжался не менее 350 лет. Основанием для такой цифры служит указание, что храм Соломонов начал строиться в 480 году от исхода израильтян из Египта (3 Цар. 6:1). Если из этой цифры ис­ключить 40 лет странствования по пустыне, 80 лет правле­ния царей Саула (совместно с Самуилом) и Давида и 3 го­да царствования Соломона до основания храма, то остаток и будет служить приблизительным определением времени от смерти Моисея до помазания первого царя.